«МАКСИМЫ» – германская черта

«МАКСИМЫ» – германская черта

Модернизация и производство

Боевой опыт потребовал внесения ряда изменений в конструкцию , связанных, сперва всего, с повышением надёжности работы и облегчением обслуживания.

«МАКСИМЫ» – германская черта

В частности, в 1915 г. на многих пулемётах усилили надульник, что ускорило движение деталей автоматики — это не столько повысило темп стрельбы, сколько улучшило работу автоматики в условиях запыления и загрязнения. Произошли изменения в боекомплекте пулемётов — для стрельбы по бронещитам, а затем и по танкам стали широко использовать бронебойные пули S.m.K., для стрельбы по аэропланам и аэростатам — зажигательные PrL, скопированные с британских.

Появились специальной модификации . Их ставили на бронеавтомобили, мотоколяски с броневыми щитами, в 1917—1918 гг. без особых изменений превратился в «танковый» — на немногочисленных германских тяжёлых танках A7V.

начали ставить и на самолёты, включая в боекомплект патроны с зажигательными пулями F. Авиационные LMG.08 использовались в основном на неподвижных синхронных установках — положим на разведчике «Альбатрос» B.II. Основные доработки пулемёта и разработку синхронизатора для него произвел А. Фоккер (интересно, что в те же годы Фоккер разработал несколько моделей пулемётов с внешним приводом автоматики от двигателя самолёта, но они остались экспериментальными). LMG.08 отличались воздушным охлаждением ствола и перфорированным кожухом, что снизило массу пулемёта до 15,5 кг, изменённым затыльником. Пулемёты снабжались специальным прицелом.

Боевой опыт, как уже было сказано, остро поставил вопрос о ручном пулемёте. В 1915 г. майор (впоследствии полковник) Фридрих фон Меркац, член Испытательной оружейной комиссии в Шпандау и даровитый конструктор возглавил небольшую конструкторскую группу для разработки на базе облегчённого пулемёта, который мог бы развивать огонь той же интенсивности, но переносился и обслуживался меньшим расчётом. Вскоре на вооружение приняли ручной пулемёт /15. Диаметр кожуха водяного охлаждения уменьшили со 109 до 89 мм, а ёмкость — с 4 до 2,8 л воды. Ствол весил 1,8 кг. Изменены были надульник и форма короба. Толщина стенок короба уменьшена с 4 до 3 мм, исключена гильзоотводная трубка. Прямо к откидному затыльнику крепился деревянный приклад длиной 305 мм с нишей для маслёнки и отростком для укладывания на плечо и удержания левой рукой при стрельбе, а снизу короба — пистолетная рукоять со спусковым крючком. При нажатии на спусковой крючок он отводил обратно несколько изменённую спусковую тягу. Слева над пистолетной рукояткой монтировался флажковый предохранитель — при повороте флажка впёред он блокировал спусковой крючок.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Пулемёт получил секторный прицел с прямой планкой и мушку треугольного сечения. Длина прицельной линии — 800 мм. Справа к коробу крепилась круглая коробка (Kasten 16) с лентой на 100 патронов, прозванная «барабаном». Лента наматывалась на катушку внутри барабана. Могла использоваться и стандартная лента на 250 патронов в штатной коробке, но она переносилась порознь и использовалась в основном в обороне. В задней части кожуха снизу крепилась массивная треугольная сошка, вокруг которой пулемёт мог поворачиваться в горизонтальной плоскости. Для переноски пулемёта и стрельбы на ходу служил ружейный ремень. Подносчик боеприпасов пользовался ящиком на два барабана, масса ящика с двумя снаряжёнными барабанами составляла 12,7 кг, пустого барабана — 1,85 кг. К кожуху /15, как и на , мог крепиться резиновый шланг для отвода пара. Пулемёт мог копаться на штатной ручной тележке.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Производством /15 занимались арсенал в Эрфурте, фирмы «Рейнметалл», «Зименс унд Халске», «Машиненфабрик Аугсбург-Нюрнберг». Соответственно встречалась маркировка: «M.G.08/15. Gwf. ERFURT.1917», «M.G.08/15. Rh.M.&.M.F. SOMMERDA.1918», «M.G.08/15. S.&H. BERLIN.1918», «M.G.08/15. M.A.N. NUREN- BERG.1918». Серийный номер выбивался сверху или с левой стороны короба.

«МАКСИМЫ» – германская черта

В 1916 г. рейхсвер заказал /15 в пропорции пять ручных пулемётов на два станковых. Каждый расчёт снабжали машинкой для снаряжения лент. В атаке /15 — самый тяжёлый среди ручных (с водой, сошкой и лентой он весил более 20 кг) — мог водить огонь только с ремня, о прикладке для прицельной стрельбы стоя или с колена не могло быть и речи. Впрочем, стрельбу из ручных пулемётов «с ремня и от бедра» практиковали и французы, и британцы. У /15 «неприцельность» такого огня компенсировалась его интенсивностью благодаря водяному охлаждению и сравнительно великий ёмкости ленты. Для сопровождения и поддержки «штурмовых групп» пехоты требовались более лёгкие ручные пулемёты. Рейхсвер использовал для этих целей «лёгкий» пулемёт MG.15NA «Бергман» и датский ручной пулемёт «Мадсен». Тем не менее /15 стал весьма популярен в рейхсвере. К концу войны немцы испытывали на прицелах и 08/15 светящиеся люминисцентные метки для стрельбы ночью.

С началом производства /15 появилась и его «авиационная» модификация LMG.08/15 с воздушным охлаждением, с прикладом (для подвижных установок) и без приклада (для неподвижных). В качестве подвижного LMG.08/15 уступал пулемёту «Парабеллум», но в качестве синхронного оказался удачнее LMG.08 и сменил его в производстве в Шпандау. Пулемёт снабжали механическим счётчиком выстрелов, циферблат которого крепился на затыльнике пулемёта специальным тросовым механизмом для перезаряжания, вновь появилась гильзоотводная трубка. Синхронные LMG.08/15 ставились на истребители «Фоккер» EI, EII, Dr.I и другие самолёты. Пулемётами Максима вооружались также «цеппелины».

«МАКСИМЫ» – германская черта

Одновременно с появлением ручного /15 возникла и идея облегчённого «универсального» пулемёта, который можно было бы использовать с треножного станка для ведения огня по воздушным и наземным целям, а также с сошки. Под руководством фон Меркаца был разработан пулемёт MG.16. Однако эта модификация требовала внесения существенных изменений в конструкцию, что было весьма сложно в условиях войны, тем более при поставленном производстве станкового и ручного /15, и от принятия MG.16 на вооружение отказались, ограничившись опытной партией, собранной в Эрфурте. Но лёгкий треножный станок Dreifuss 16 был принят для . Станок имел две передние и одну заднюю телескопические ноги. Масса на треножном станке составила 58,4 кг. Этот станок использовался также с трофейными бельгийскими и русскими пулемётами.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Треножный станок не только облегчал расчёту перемещение с пулемётом по полю боя, но имел преимущества и при стрельбе. Фон Меркац в составленном им руководстве по пулемётному делу указывал, что при стрельбе с четырехопорного станка с рассеиванием по фронту точки попаданий смещались по высоте по мере поворота вертлюга, так что на широкой вертикальной мишени точки попаданий располагались по волнистой линии. «Наводчики или начальники пулемёта нередко получают упрёк за плохое попадание незаслуженно, — писал фон Меркац. — … Редко случается, чтобы все четыре точки опоры салазок опирались на землю совершенно равномерно. При стрельбе с треноги таких произвольных отклонений не бывает; сноп выстрелов только повышается до тех пор, пока не прекратится осадка станка в грунт».

Совместно с упомянутыми 37-мм пушками Максима производства «Круп» и DWM пулемёты стали составной частью зарождавшейся ПВО — сперва всего на Западном фронте.

Необходимость борьбы с воздушным противником породила целую серию специальных зенитных пулемётных установок. Они не были приняты на вооружение, хотя некоторые нашли ограниченное применение. Опытная зенитная тренога фирмы «Олерт» имела массу 26 кг, допускала стрельбу по воздушным целям из положения с колена Вышина линии огня — 1200 мм, угол возвышения до +700) и по наземным целям из положения лежа и сидя Вышина линии огня — 300—350 и 600—700 мм), но сектор обстрела был всего 100, механизмов наводки не было. В то же время войска широко использовали импровизированные зенитные пулемётные установки.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Пулемёт /18 с воздушным охлаждением создавался поначалу как авиационный для подвижных установок. Любопытно отметить, что в России ещё в октябре 1913 г. Инспектор стрелковой части в войсках генерал-лейтенант Кабаков приводил рекомендации переделки пулемёта «Максим» в авиационный: переход к воздушному охлаждению ствола, установка приклада и «револьверного спуска», закрепление на коробе патронной коробки или катушки с лентой. В России тогда этим заниматься не стали, зато примерно через пять лет всё это независимо реализовали немцы в пулемёте /18. Но в качестве авиационного и эта модификация уступила пулемёту «Парабеллум». И ближе к концу войны /18 был принят для вооружения кавалерии, горной пехоты и самокатчиков (он навьючивался на раму велосипеда). Его производством занимался арсенал в Эрфурте, соответственно, в маркировке имелась надпись «M.G.08/18. Gwf. ERFURT 1918». Ствол /18 был заключён в цилиндрический перфорированный кожух диаметром 37 мм, на котором крепилась рукоять для переноски. Взамен надульника в кожух ввинчивалась направляющая втулка ствола, мушка помещалась на высокой стойке, сошка крепилась на кожух с помощью муфты с барашком. С введением /18 в пехоту оказалось, что стрельбу можно водить только короткими очередями — ствол живо перегревался, а живо заменить его не получалось. Это отчасти компенсировали сведением расчётов в группы по три пулемёта.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Резкий рост потребности в пулемётах — как и в остальном вооружении — оказался неожиданным для всех воюющих стран. Первые полтора года войны везде прошли под знаком «мобилизации промышленности». В Германии мобилизация государственной промышленности, а также частных и акционерных компаний была объявлена через неделю затем военной мобилизации. И если перед войной в Германии ежемесячно выпускали до 200 пулемётов (в том числе на экспорт), то в первый год войны производство выросло в четыре раза, а к августу 1916 г. достигло 2300 — примерно в 12 раз. Программа интенсификации производства («программа Гинденбурга») предусматривала увеличение выпуска до 7000 пулемётов в луна, т.е. ещё утроение. Как и в производстве винтовок, прибегли к «групповому методу». Сущность его заключалась в распределении заказов на отдельные части и узлы по заводам частной промышленности — с учётом возможностей самих заводов и транспорта — с окончательной сборкой готовых изделий на специальных оружейных заводах. Но даже Германия с её развитым машиностроением и транспортом смогла наладить производство пулемётов на основе такой кооперации лишь через несколько месяцев — к весне 1917 г. Зато ежемесячную производительность смогли довести до 14 400 пулемётов (включая ручные), а в мае 1918 г. выпуск пулемётов решили сократить.

Всего за годы войны в Германии выпустили вокруг 260 000 пулемётов моделей , 08/15 и 08/18, из них станковых — только 72 000.

«МАКСИМЫ» – германская черта

«МАКСИМЫ» – германская черта

Потом Первой мировой войны

Потом поражения Германии рейхсвер обязан был сдать союзнической комиссии вокруг 25 000 пулемётов, кроме того, терялись пулемёты на сданных кораблях, самолётах и пошедших на слом танках и бронемашинах. Большое количество станковых и ручных /15 из числа конфискованных союзники передали Польше, Югославии, Бельгии, Голландии, доля пулемётов пошла на «свободный» базар, и мелкими партиями закупалась другими малыми странами. В Бельгии фирма FN занялась перестволением германских пулемётов под бельгийский 7,5-мм винтовочный патрон. В Польше пулемётами вооружали не только пехоту, но и бронеавтомобили «Форд», применявшиеся в советско-польской войне 1920 г., и бронепоезда. /15 оставался основным ручным пулемётом польской армии до 1930 г., потом чего попал на склады или оставался оружием самообороны артиллерии, в 1939 г. поляки применяли /15 против германского Вермахта (в частности — гарнизон Вестерплатте).

«МАКСИМЫ» – германская черта

«МАКСИМЫ» – германская черта

Германские «максимы» под «родной» 7,92-мм патрон «маузер» оказались и в ряде других стран. В Литве, положим, пулемётами даже перевооружили полученные от Франции пулемётные танки «Рено» FT. В Испании, как уже упоминалось, имелись 7-мм «максимы» германского производства, а в ходе гражданской войны 1936—1939 гг. можно было встретить модели «максимов» в разных сочетаниях — предположим на советском колесном станке Соколова. Что же касается 100-тысячного германского рейхсвера, то ему Версальскими соглашениями разрешалось иметь 792 станковых и 1 134 ручных пулемёта (по одному на пехотный батальон и не более девяти /15 на роту) и 15 408 000 патронов к ним (по 8000 на пулемёт). Производство их было «разрешено» только фирме «Зимсон» в Зуле, что, по идее, должно было удерживать высокие цены на пулемёты. Оставили рейхсверу и некоторое количество LMG.08/15, которые потом использовались на раннем этапе создания Люфтваффе.

Организация пулемётов в «веймарском» рейхсвере отражала опыт Первой мировой войны. Пехотный батальон включал пулемётную роту из четырех 3-пулемётных взводов (12 станковых пулемётов). Причем три взвода имели пулемёты на двуколках с парной запряжкой, а четвертый — с четверной, с прислугой на двуколках и унтер-офицерами верхом, что придавало ему большую подвижность для «выполнения особых боевых поручений», положим маневра на угрожаемый участок. Пулемётная рота егерского батальона (для действий в горах) включала три взвода, в каждом — два пулемёта в конных вьюках и один на двуколке. В кавалерийском полку имелся конно-пулемётный взвод из четырёх пулемётов на двуколках с шестерочной запряжкой.

В пехотных ротах сформировали «легкопулемётные группы» в составе командира, ручного пулемётчика, трёх подносчиков патронов и четырёх стрелков. Аналогичные группы имелись в егерских и самокатных ротах. Опыт применения пулемётов в ходе войны тщательно анализировался и доводился до войск — осенью 1922 г. в Ютеборге открыли курсы для офицеров пулемётных подразделений.

«МАКСИМЫ» – германская черта

«МАКСИМЫ» – германская черта

Управление вооружений рейхсвера выработало программу модернизации и /15. У облегчили затвор (в результате несколько увеличился темп стрельбы), изменили спусковой механизм.

Германские руководства гласили: «В бою каждый пулемёт, не занятый обстрелом земных целей, обязан принять участие в отражении снижающихся неприятельских лётчиков». И станки марок 08 и 16 получили съёмную зенитную стойку. получил также кольцевой зенитный визир (крепился в задней части кожуха ствола) и раздвижную зенитную треногу. При зенитной стрельбе к пулемёту крепили патронную коробку с лентой и плечевой упор. и /15 приспособили для питания как от холщовой, так и от металлической звеньевой ленты — новый приёмник имел с левой стороны движок-переключатель под тип ленты.

У /15 упрощённую сошку перенесли в переднюю доля кожуха, в результате улучшилась меткость стрельбы, и прицельную дальность увеличили с 900 до 1200 м. В начале развертывания в Германии массовой армии — Вермахта — и 08/15 ещё оставались основными пулемётами, но уже появились более современные модели. Потом ряда опыта Вермахт принял идею единого пулемёта, однако полностью перевооружить им армию к началу Второй мировой войны не успели.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Конструктор Генрих Фольмер ещё в конце мировой войны предложил систему магазинного питания для пулемётов , 08/15 и TuF (о пулемёте TuF см.ниже), эту систему опять испытали в 1923 г., однако вскоре сами пулемёты признали устаревшими, и необходимость столь существенной модернизации отпала.

К началу Второй мировой войны на вооружении Вермахта оставалось 42 722 пулемёта (на салазочном и треножном станках) и /15. Для сравнения — единых MG.34 имелось 84 078, различных пулемётов зарубежного производства — вокруг 4500. Затем 1939 г. сохранившиеся и /15 оставались в резервных и охранных частях (понятно, почему так нередко они оказывались у партизан). /15 можно было встретить, скажем, на автомобилях в качестве зенитного средства самообороны, наряду с MG.34. Пожалуй, последним «громким делом» были бои на побережье Нормандии потом высадки союзников в июне 1944 г. Когда затем Второй мировой войны трофейное германское оружие в больших количествах передавалось режимам «третьего мира», среди него оказались и и 08/15, так что этим «ветеранам», как и британским «Виккерсам» и советским «Максимам», возможно, пришлось ещё повоевать.

Воздействие «германских максимов»

Стоит отметить воздействие германских модификаций пулемёта Максима на пулемётное вооружение разных стран.

«Германский след» в судьбе русского «Максима» прослеживался давно. Ещё 28 мая 1895 г. решено было «ввести в состав вооружения крепостей 3-линейные автоматические пулемёты Максима». Кроме потребностей крепостей, ещё 24 пулемёта назначили в «состав особого Черноморского запаса орудий в Одесском военном округе». Фирма «Виккерс, сыновья и Максим» получила заказ на 174 пулемёта под русский 7,62-мм патрон. Ещё 224 пулемёта, по согласованию с «Виккерс — Максим», заказали германской DWM по контрактам No 23133/1990 и 5034/1901 — фирма имела уже контакты с Военным ведомством, да и транспортные расходы оказывались меньше. В феврале 1902 г. Главное Артиллерийское Управление командировало на берлинский завод капитана Кржижановского в качестве приёмщика, в то же время находившийся в Берлине представитель ГАУ капитан Шокальский получил задание приобрести примерный пулемёт и комплект рабочих чертежей. Когда в 1903 г. в России приняли решение о постановке собственного производства пулемётов, для ознакомления с производством специалистов отправили не только на фирму «Виккерс», но и на завод DWM, где их, кстати, приняли более делово, нежели на заводе «Виккерс». Кржижановский составил доскональный отчёт об изготовлении и приёмке пулемётов на германском заводе. В ходе русско-японской войны Россия закупила у фирмы DWM вьючные пулемёты Максима с треножными станками по типу, принятому в армии Швейцарии, без щита, с вьючными сёдлами.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Позже для приёмки пулемётов на завод DWM направили специалистов Императорского Тульского оружейного завода — полковников П.П. Третьякова (сыгравшего ключевую роль в организации производства «Максимов» в России) и А.А. Кубасова и старшего мастера Д.Н. Смирнова. Это дало им возможность подробно ознакомиться с улучшениями производства, введёнными германскими специалистами. В Германии же была закуплена доля станков для организации производства пулемётов на ИТОЗ.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Любопытный эпизод произошёл и с заказом пулемётов Болгарией — поначалу болгары намеревалась заказать 144 пулемёта вьючного и до 15 крепостного типа Тульскому оружейному заводу, но, в конце концов, выбрали DWM, у которой в 1908 г. и закупили 144 пулемёта. Эти пулемёты проявили себя во время Балканской войны 1912—1913 гг. Доля германских пулемётов в Болгарии устанавливали на треногу от австрийского пулемёта «Шварцлозе».

В 1920-е гг., в период тесного военно-технического сотрудничества с Веймарской Германией, уже советские военные специалисты смогли тщательно выучить «развитие пулемётного дела» в Германии — среди них вновь был П.П. Третьяков. Эти знания были использованы в собственных работах по модернизации пулемёта «Максим». В частности — в разработке ручного пулемёта МТ (в котором видно воздействие /18), авиационного ПВ-1 (здесь, правда, можно увидеть воздействие и британских авиационных «Виккерс»). Вспомним, что и советский оптический прицел обр.1932 г. к пулемёту «Максим» был выполнен по германскому образцу.

С иной стороны, трофейные и /15 оставались на складах и в СССР, и в начальный период Великой Отечественной войны оказались у народного ополчения.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Китай ещё в 1892 г. закупил пулемёты Максима в Великобритании, но впоследствии с 1900 по 1914 г. закупал его небольшими партиями в Германии. Основную массу составили 7,92-мм MG.09. С началом японской агрессии в Маньчжурии в 1931 г. китайское правительство решило приступить к собственному производству пулемётов, и в 1935 г. на вооружение приняли пулемёт Тип 24, выполненный по типу MG.09 и выпускавшийся Мукденским арсеналом. Треножный станок был также выполнен по типу германского модели «16» с зенитной стойкой; имелись кольцевой зенитный визир и крепление для патронной коробки («барабана») с правой стороны короба. К 1937 г. выпущено вокруг 36 000 таких пулемётов. Выпускалась также модификация с воздушным охлаждением ствола.

7,92-мм пулемёт Тип 24 использовался армией гоминьдана, затем — и Народно-освободительной армией Китая. В 1950—1953 гг. пулемёты поставлялись в Северную Корею как с частями китайских добровольцев, так и для опять созданной армии КНДР — совместно с советскими «Максимами». Позднее пулемёты попали и во Вьетнам, где доля их была приспособлена для стрельбы советскими патронами 7,62х54R.

Ряд конструктивных особенностей германского и станка Dreifuss 16 использовали и финны, когда ставили производство собственных модификаций пулемёта Максима М32 и М32/33.

Крупнокалиберный пулемёт TuF

Дума о крупнокалиберном пулемёте, более подвижном, чем автоматические пушки, возникла в середине Первой мировой войны в связи с необходимостью борьбы с воздушными целями. В 1917 г. французская «Гочкис» выпустила 11-мм пулемёт «типа Баллун» для стрельбы по аэростатам под модернизированный устаревший патрон «гра».

«МАКСИМЫ» – германская черта

«МАКСИМЫ» – германская черта

В Германии работы над крупнокалиберными пулемётами активизировались в связи с появлением на фронте танков, хотя главной задачей считалась всё же стрельба по самолётам. С середины 1917 г. разрабатывался пулемёт калибра 13,3 мм. Патрон был создан фирмой «Полте» в двух вариантах — с бронебойной пулей для борьбы с танками и с зажигательной — для борьбы с воздушными целями. Разработкой самого пулемёта занимались несколько фирм, более или менее удачные модели предложили «Рейнметалл»

и «Машиненфабрик Аугсбург-Нюрнберг» (MAN). Модель последней и приняли к производству, присвоив ей обозначение MG.18, хотя более известно обозначение TuF (Tank und Flugzeug, т.е. «противотанковый и зенитный»). Пулемёт представлял собой, по сути, увеличенный вариант , даже патронную ленту сделали холщовой. Кожух водяного охлаждения ствола вмещал 7 л воды.

Поскольку работы затягивались, первым в производство запустили другое оружие под тот же бронебойный патрон — однозарядную винтовку. Так в начале 1918 г. появилось первое противотанковое ружьё — 13,32-мм «Маузер» («Маузер Танкгевер»), оказавшееся, впрочем, малоэффективным — пуля массой 50 г пробивала 20-мм броню на дальности до 500 м, но не давала никакого заброневого эффекта.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Детали пулемёта TuF заказывались нескольким фирмам, сборку производили на MAN. Пулемёт с патронной коробкой крепился на высококолёсном станке (лафете), снабжённом сидением для пулемётчика. Для переноски пулемёт мог разбираться на пять частей. Первые 13,32-мм пулемёты TuF попали в войска только к исходу войны, в октябре 1918 г., а массовые его поставки планировалось начать лишь в декабре. В заключительный луна войны 13-мм TuF в опытном порядке поставили на «Фоккер» DVII, но развития эта работа не получила.

Перемирие 11 ноября прервало все работы над этим оружием. Версальские ограничения коснулись и крупнокалиберных пулемётов — рейхсверу попросту запретили их иметь. А в начале 1925 г. специалисты рейхсвера пришли к выводу, что «13-мм калибр не отвечает цели» и обратили внимание на минимальный артиллерийский калибр 20 мм — в частности, на лёгкую швейцарскую автоматическую пушку «Эрликон», тем более что в основе её лежала германская система пушки Беккера. О правильности или неправильности отказа от развития крупнокалиберного пулемёта в пользу автоматической пушки можно спорить. В межвоенный период этот вопрос, по сути, не был разрешён нигде. Только опыт Второй мировой войны показал, что крупнокалиберные пулемёты, превышающие станковые по эффективной дальности стрельбы и поражающему действию пули, а автоматические пушки — по маневренности, необходимы на вооружении армий. Во всяком случае, германскому Вермахту пришлось активно пользоваться трофейными пулемётами и безотлагательно ставить на «полевые» станки авиационные крупнокалиберные пулемёты.

Семён Федосеев, инженер

.

Оставить комментарий

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .