«МАКСИМЫ» – германская черта

«МАКСИМЫ» – германская черта

Среди многочисленных моделей и модификаций пулемётов системы Хайрема С. Максима германские занимают видное место как по объёмам выпуска, так и по разнообразию модификаций и тому следу, который они оставили в военной истории XX в. В серию пулемёт сначала пошёл в Великобритании – в 1888 г. этим занялась фирма «Максим—Норденфельд», достаточно быстро главным производителем и держателем патентов стала компания «Виккерс, сыновья и Максим». Но первым производителем пулемётов «на континенте» стала Германия.

Введение пулемётов в германской армии

Оружие Максима представлялось поначалу как «автоматическая картечница». Со времён франко-прусской войны 1870—1871 гг., когда французские картечницы проявили себя не лучшим образом, германские высшие офицеры не чересчур интересовались картечницами. Кронпринц Пруссии Вильгельм, посетив Англию в 1887 г., закупил две картечницы Норденфельда на галопирующих лафетах, их испытали в гусарских частях. Испытали также «рукояточные» картечницы Гатлинга и Гарднера, но результаты лишь укрепили скепсис германского военного руководства, распространившийся поначалу и на оружие Максима. Однако, как утверждают в литературе, всё тот же Вильгельм, став в 1888 г. императором Вильгельмом II, в том же году закупил на свои средства в Англии несколько экземпляров пулемёта Максима и подарил нескольким частям германской армии. Затем успешной демонстрации пулемёты в1889—1890 гг. подвергли испытаниям. Пулемётами заинтересовался германский флот, и уже с 1892 г. известная берлинская фирма «Людвиг Лёве и Ко» начала их производство по лицензии, купленной у «Максим—Норденфельд» (уже перешедшей под контроль «Виккерс»). В 1894 г. флот закупил пулемёты немецкого производства с треножными станками.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Молодая Германская империя стремилась скоро превзойти по уровню вооружений основных конкурентов, кроме того, как и конкуренты, она нуждалась в скорострельном оружии для колониальных войн. Поэтому интерес германского военного ведомства и германских фирм к пулемётам помаленьку оживлялся. В 1896 г. на базе «Людвиг Леве» создалась фирма «Дойче Ваффен унд Мунишенфабрикен» (DWM), которая продолжила выпуск пулемётов и вскоре представила на Берлинской выставке модель под 7,92-мм патрон «маузер» с темпом стрельбы 600 выстр/мин и лентой на 105 патронов. При этом фирма частично использовала в производстве детали, полученные непосредственно из Англии или заказанные в Австро-Венгрии. Полной взаимозаменяемости деталей ещё не достигли, поэтому на пулемётах все детали непременно несли номер пулемёта — во избежание путаницы при сборке.

Параллельно вводились 37-мм автоматические пушки Максима под патрон типа 37×102 — в 1892 г. концерн «Крупп» приобрёл лицензию на их производство на колёсных лафетах и на тумбовых установках, в 1894 г. ВМФ Германии одновременно с пулемётами закупил такие пушки. 37-мм (3,7 cm) автоматические пушки Максима выпускала и DWM. Пушки германского производства поставлялись и за рубеж — так, в 1903—1904 гг. их ставили на румынских кораблях (в ВМФ Румынии 37-мм пушки Максима прослужили до 1934 г.).

«МАКСИМЫ» – германская черта

«Германские Максимы» для своих армий закупали Австро-Венгрия и Россия. Правда, закупки пулемётов Австро-Венгрией ограничились небольшими партиями — пока решался вопрос о вооружении пулемётами полевых войск, систему Максима (8-мм пулемёт модификации М89/04) «обошёл» более лёгкий «Шварцлозе». Во время испано-американской войны 1898 г. испанское правительство закупило в Германии шесть пулемётов модели 1895 г. и направило их на Кубу, но принять участия в боях пулемёты не успели. Боевым дебютом германских «Максимов» стала англо-бурская война — германские пулемёты поставлялись бурским республикам. В 1900 г. при подавлении «боксёрского восстания» (кстати, международными силами под командованием германского фельдмаршала фон Вальдерзее) германские моряки использовали 7,92-мм пулемёты и 37-мм пушки Максима. Видимо, потом этого многие стали считать, что производство автоматических систем Максима и начиналось в Германии. «Китайский» опыт утвердил военное руководство России, Великобритании и Германии в намерении создать постоянные пулемётные подразделения в войсках. А германские колониальные войска использовали пулемёты ещё и в 1904 г. против племён гереро в Юго-Западной Африке.

В 1899 г. кайзеровская армия закупила у DWM пулемёты для испытаний. Параллельно испытывались пулемёты «Гочкис», «Шкода», «Мадсен», «Кольт», «Бергман», «Шварцлозе», но скорее для ознакомления, чем для выбора — при поставленном у себя производстве «Максимов» выбор был очевиден.

«МАКСИМЫ» – германская черта

В 1901 г. пулемёт Максима под обозначением MG.01 был принят на вооружение рейхсвера. Хотя уже в 1900 г. сформировали пять опытных пулемётных рот (именуемых также «отделениями» и «батареями») по восемь пулемётов, придав их пехотным и егерским батальонам (любопытно, что в России к 1901 г. также имелось пять пулемётных рот 8-пулемётного состава), к 1909 г. количество рот довели до 10. Внедрение пулемётов представлялось важной государственной программой. Так, 1 октября 1908 г. германская пресса умышленно сообщила о формировании «саксонского пулемётного отделения для гарнизона Хемниц» (Chemnitz). А в начале 1909 г. сообщалось о планах введения пулемётных взводов с пулемётами на салазочных станках в егерские батальоны и по два взвода в каждый пехотный полк. Первыми планировали вооружить пограничные полки 6, 7 и 20-го армейских корпусов и егерские батальоны «войск сдерживания», далее — водить вооружение «по всей возможности».

«МАКСИМЫ» – германская черта

Пулеметы снабжались салазочными станками Shlitten 01 массой 56 кг с откидными передними ногами или несколько модернизированными Shlitten 03. Первоначально станок планировали снабжать лёгкими съёмными колёсами с металлическими спицами, но от них вскоре отказались — в бою расчёты либо переносили пулемёт на станке как носилки, либо передвигали его волоком. На марше пулемёты пехотных частей совместно с патронными коробками перевозились на параконных двуколках с передком, запас патронов — в патронных двуколках. Использовались ручные пулемётные тележки. В кавалерии ввели пулемётные двуколки с четырёхконной запряжкой. В случае крайней необходимости огонь можно было водить и с двуколок (аналогичные положения появились и в уставах русских пулемётных команд). Вскоре пулемётные роты перевели на 6-пулемётный штат, а их число увеличили до 16, одну из них предусматривалось использовать в качестве «крепостной». Продолжали выпускаться и пулемёты для ВМФ. Внешние отличия «морских» и «армейских» германских пулемётов были связаны с их установками — у первых имелось отверстие под штифт в передней части короба, у вторых — цапфы на кожухе ствола.

Генеральный штаб предполагал тесное взаимодействие пулемётных подразделений с пехотой, а это требовало облегчить систему. И в 1908 г. в Германии была принята своя модификация пулемёта под обозначением (Maschinen Gewehr 1908) под 7,92-мм винтовочный патрон «маузер» на новом универсальном станке, поначалу именовавшаяся «облегчённой». Уменьшения массы «тела» пулемёта на 30% (18,35 кг против 26 кг у MG.01) достигли заменой бронзы и литой стали в изготовлении ряда деталей легированными сталями. Русский «Максим» обр.1910 г. с похожими изменениями тоже поначалу именовали «облегчённым».

«МАКСИМЫ» – германская черта

Заказы на пулемёты резко возросли. Известна история с раздутым в Германии с помощью наёмных журналистов ажиотажем вокруг «массовых закупок» пулемётов, планировавшихся французским военным министерством. Насыщение рейхсвера пулемётами объяснялось, разумеется, не этим скандалом, а стремлением обеспечить действия пехоты огнём и тщательным изучением опыта русско-японской войны 1904—1905 гг. (германские наблюдатели на этой войне были, пожалуй, наиболее внимательными). Германские специалисты вообще очень внимательно следили за пулемётным вооружением соседей — России и Франции. Шумиха могла лишь ускорить закупку пулемётов для германской армии.

Особенности конструкции и производство

В общих чертах система пулемёта Максима хорошо известна по отечественным пулемётам обр.1910 и 1910/30 г. Автоматика действовала по схеме отдачи ствола с коротким ходом, запирание канала ствола производилось затвором (замком) с помощью двух шарнирно сочленённых рычагов, передний из которых (шатун) был шарнирно связан с затвором, а задний (мотыль) шарнирно крепился в задней части рамы ствола. Рычаги складывались в вертикальной плоскости. На правый конец оси мотыля надевалась фигурная рукоять, которая, обкатываясь по неподвижному ролику короба и поворачиваясь, производила поворот мотыля, обеспечивая отпирание канала ствола и ускоренный отход затвора. Ударный механизм с пластинчатой боевой пружиной монтировался в затворе. Спуск выполнялся в виде клавиши, размещённой промеж вертикальными рукоятками управления на затыльнике. Кормление патронами — из холщовой ленты. Рычажный механизм подачи ленты приводился в деяние от движущейся рамы ствола. Подача ленты — справа налево. Стреляная гильза удалялась из короба через трубку под стволом. Охлаждение ствола — жидкостное (водяное). Конструктивные отличия пулемёта от русского «Максима» сводились в основном к устройству замка и оформлению ряда других деталей:

— отсутствовало утолщение дульной части ствола, взамен него толчок пороховых газов в надульнике-усилителе отдачи воспринимала надетая на ствол втулка;

— надульник переходил в конический пламегаситель, снабжённый защитным диском;

— передней точкой крепления пулемёта к станку служили две вертикальные цапфы на задней части кожуха ствола (у «сухопутных» пулемётов);

— на коробке возвратной пружины (с левой стороны коробки пулемёта) имелся указатель её натяжения со шкалой от «0» до «70»;

— затыльник короба выполнялся откидным;

— несколько отличалась гильзоотводная трубка.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Замок имел следующие особенности: замочные рычаги неотъёмные, осями подъёмных рычагов служили цапфы на остове замка, другая форма была у верхнего и нижнего спуска, лодыжка и нижний спуск имели трубчатые оси, боевая пружина крепилась трубчатой осью с чекой, замочные рычаги взамен трубки имели хвост с нарезкой, отсутствовала возможность регулировки зазора промеж боевой личинкой и пеньком ствола.

Боевая личинка затвора рассчитывалась под патрон без выступающей закраины гильзы. Масса 7,92-мм ствола составляла 1,885 кг, затвора — 0,775 кг, длина отката ствола — 15,0 мм, затвора — 97,0 мм. Пулемёт снабжался откидным стоечным прицелом, насечённым от 400 до 2000 м, длина прицельной линии — 895 мм. Гладкий кожух ствола вмещал 4 л воды.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Салазочный станок Schlitten 08 был на 42 % легче станка «01», имел иной подъёмный механизм. Станок состоял из массивного основания-салазок с двумя задними опорами, двух передних ног, соединённых связью, подъёмного механизма с переключателем грубой и точной наводки, наметки и соединительного болта для крепления пулемёта. Пулемёт крепился в муфте вертлюга станка. Вышина линии огня определялась установкой передних ног, фиксируемых стопорами на их внутренней стороне. Огонь можно было водить из положения лёжа или сидя. Для фиксирования наводки пулемёта служили зажимы вертикальной и горизонтальной наводки. Четырёхопорная схема не постоянно позволяла выровнять положение станка на позиции, что в сочетании с конструкцией вертлюга иногда приводило к заметному сваливанию пулемёта, весьма чувствительному при свойственном пулемёту Максима большом удалении мушки от оси канала ствола. Массивность станка затрудняла передвижения с пулемётом, но обеспечивала неплохую кучность стрельбы. Возможность одиночной стрельбы (при соответственном снаряжении ленты) иногда использовалась для стрельбы по одиночным целям на большие дальности патроном с тяжёлой пулей SS.

«МАКСИМЫ» – германская черта

С пулемётом мог использоваться оптический прицел кратностью 2,2-2,5х и панорамный прицел призматического типа ZF12 фирмы «Карл Цейсе» кратностью 2,5х и массой вокруг 3 кг, который крепился на левой стенке короба на специальном кронштейне. Пулемёт, станок, два запасных ствола и запасных затвора весили 62—64 кг, что заставляло увеличивать численность расчёта и пулемётной роты.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Для использования в постоянных фортификационных сооружениях служила казематная установка, выполненная на массивной раме, снабжённая механизмами вертикального и горизонтального наведения (с ограничителями рассеивания и зажимами) и регулировки положения пулемёта относительно амбразуры. Бронещиток, составленный из верхней и нижней половин, перекрывал амбразуру изнутри. Пулемёт здесь также снабжался оптическим прицелом.

Производством занялась фирма DWM, а с 1911 г. и государственный арсенал в Шпандау— DWM было трудно «потянуть» растущие заказы, кроме того, германское правительство старалось подготовить массовое производство оружия на случай войны. Арсенал в Шпандау («Шпандау Геверфабрик») стал основным их производителем, и у англичан, скажем, прозвище «Шпандау» закрепилось за германскими пулемётами настолько прочно, что сохранялось до конца Второй мировой войны. Отметим, что в Шпандау размещался и один из государственных патронных заводов.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Соответственно времени и месту производства пулемёты имели различную маркировку. На ранних партиях имелись надпись «Deutsche Waffen und Munitionsfabriken  BERLIN», год производства на левой стороне короба, «8 mm MASCH GEWEHR 1908» и заводской номер сверху на затыльнике короба (несмотря на надпись «8 mm», речь идёт именно о 7,92-мм модели) или «MASH.GEW.08. SPANDAU 1911 GEWEHRFABRIK» на коробке возвратной пружины. На , закупленных ВМФ, можно встретить надпись «8 mm. Masch.Gew.1908 D.W.M. Berlin.1908». Впоследствии сверху короба выбивался его серийный номер, затем которого могли идти надписи: «M.G.08 Gwf. SPANDAU.1917», «M.G.08. D.W.M. Berlin.1918» и т.п.

имел и коммерческую модификацию, поставлявшуюся на экспорт и известную как MG.09, хотя в странах, закупавших её, она получала свои обозначения. MG.09 отличался несколько меньшей массой, ставился на треножный станок массой 27 кг, допускавший стрельбу из положения сидя или лёжа. DWM поставляла пулемёты системы Максима, выполненные в разных калибрах, в Бельгию, Бразилию, Китай (7,92 мм), Персию (6,5 мм), Перу, Румынию (6,5-мм MG.09 получил здесь обозначение Mod 1910), Сербию, Турцию (7,65 мм), Чили (7 мм), Швейцарию (7,5 мм). В результате к началу Первой мировой войны «германские Максимы» оказались у нескольких воюющих армий с обеих сторон. Любопытно применение для перевозки пулемётов бельгийской армией — а за ней и другими — тележки, запрягаемой двумя собаками.

Германские «максимы» в Первой мировой войне

Первая мировая война стала звёздным часом пулемётов системы Максима. Пулемёт резко повысил огневую сила пехоты, а его огонь оказался особенно губителен — в первое полугодие войны действующие армии потеряли до 75% личного состава, и основную долю составили потери от пулемётного огня. Пулемёты заставили преобразовать тактику и систему вооружения армий.

«МАКСИМЫ» – германская черта

К началу Первой мировой войны в германском рейхсвере пулемёты были сведены в роты (три взвода по два пулемёта) при пехотных полках, при штабе полка состоял офицер-пулемётчик. На 1914 г. германская и французская пехотные дивизии имели по 24 пулемёта на 12 батальонов каждая, русская — 32 пулемёта на 16 батальонов. Если русская кавалерийская дивизия имела восемь, а французская шесть пулемётов, то германские кавалерийские части и соединения до 1914 г. штатных пулемётов не имели, но было 11 «отдельных пулемётных батарей», которые при мобилизации придавались 11 кавалерийским дивизиям в качестве пулемётных рот (по шесть пулемётов), плюс дивизия имела пулемёт в роте самокатчиков. Кроме того, сформировали обилие отдельных полевых и крепостных пулемётных подразделений, которые с началом войны вошли в состав снова формируемых частей. Можно сказать, что пулемёты к началу войны одинаково ценили во всех странах, а точнее — одинаково недооценили, воспринимая пока как артиллерийское средство ближнего боя.

Накануне войны в Германии прошёл ряд учений, на которых пулемётные отделения отрабатывали огонь прямой и непрямой наводкой, через головы своих войск. Для ведения огня непрямой наводкой с помощью панорамного прицела был несколько модернизирован станок, пулемётные роты снабжали дальномерами для определения расстояний и угломерным треугольником для вычисления исходных данных, и командиры пулемётных расчётов снабжались биноклями. Обсуждались и вопросы стрельбы по воздушным целям, для чего должны были использоваться разрывные (пристрелочно-зажигательные) пули.

Перволинейные войска, которые, по данным на 1 марта 1914 г., Германия могла выставить против России (не считавшейся тогда ещё первоочередными противником), имели 2730 пулемётов. Это — на 1 260 000 штыков и 91 200 сабель, т.е. в среднем один пулемёт на 495 человек. В Русской армии на начало войны один пулемёт приходился на 1000 человек. Всего же на 1 августа 1914 г. рейхсвер имел 4 502 пулемёта моделей MG.01 и 08 Совместно с крепостями и резервом — вокруг 4 900). В литературе нередко называют куда большие цифры, связанные, видимо, с переоценкой работы германских пулемётов противниками в начале войны. Насыщение войск пулемётами отражало общее стремление германской армии к «огневому перевесу» и признание за «огнём» права не только «подготавливать», но и «решать» исход боя. Уже в самом начале войны это дало германским частям немалые огневые преимущества в бою. Именно о пулемёты разбился «дух наступления» французской армии в первых встречных сражениях, тяжёлая артиллерия проявила себя чуть позже.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Формировались новые отдельные пулемётные команды. Такая команда состояла из офицера, 30—40 солдат при 3-4 пулемётах. По одной-две команды придавались пехотным полкам. Иногда, такие приданные команды становились новой штатной пулемётной ротой. К концу 1915 г. некоторые полки смогли таким способом обзавестись дополнительно полнокровной пулемётной ротой. А нужда в этом была самой насущной. Мощь обороны нынче во многом определяется пулемётным огнём. Воюющие стороны намного увеличивают количество и интенсивность огня артиллерии, подготовляющей атаку, а пулемёты оказываются в числе главных целей артиллерии. И германские пехотные части в подготовленной обороне отодвигают пулемётные позиции на вторую линию окопов или за неё, начинают использовать для оборудования позиций обратные скаты высот.

Но и в наступлении пулемёты играют всё большую роль. Скажем, к началу германского прорыва севернее Вильно на стыке Северного и Западного русских фронтов 27 августа 1915 г. соотношение сил на участке прорыва было следующим (табл. 1).

«МАКСИМЫ» – германская черта

Даже с учётом того, что русские части представлены в основном кавалерией, насыщенность пулемётами в германских частях значительно больше. Заметим число ручных пулемётов в германских частях. И в дальнейшем преобладание в насыщенности войск пулемётами на Русском фронте оставалось за германцами. Так, во время Рижской операции августа 1917 г. наступавшая 8-я германская армия имела до 2 тыс. пулемётов на 60 тыс. человек, а противостоящая ей 12-я русская армия — 1943 пулемёта на 161 тыс. На Западном фронте насыщенность была ещё выше.

Зимой 1915—1916 гг. в рейхсвере появились так называемые «пулемётные снайперские команды» (вариант перевода «Maschinengewehr Scharfschuetzen Trupps») — в них набирали лучших наводчиков, прошедших 4-5-недельный курс подготовки по использованию станковых пулемётов в наступлении. Команды начали прибывать на Западный фронт в начале 1916 г. и уже в марте приняли участие в битве под Верденом. Всего было сформировано вокруг 200 «пулемётных снайперских команд», в среднем по одной на дивизию. Вскоре команды переформировали в роты, идентичные линейным, но «пулемётные снайперские роты» не присоединяли к пехотным полкам или батальонам, а по 3-4 сводили в батальоны передавали в запас Генерального штаба. Обычно один такой «пулемётный батальон» придавался дивизии, ведущей наиболее активные боевые действия на данном участке фронта, и в бою сопровождала атакующие подразделения пехоты, продвигая свои пулемёты в промежутках промеж наступавшими волнами. Собственный состав элитных «пулемётных снайперских рот» носил на левом рукаве специальную эмблему с изображением пулемёта .

«МАКСИМЫ» – германская черта

«МАКСИМЫ» – германская черта

Число пулемётов в рейхсвере к началу 1916 г. увеличилось до 8 000, а к июлю того же года перевалило за 11 000 (включая, правда, трофейные). Однако из-за ряда импровизаций, потребовавшихся в начале войны, стандартной организации пулемётных частей не достигли, и пулемёты были распределены промеж пехотными частями неравномерно. Некоторые полки располагали всего шестью пулемётами, другие — 25. Положение удалось исправить в августе 1916г., когда стандартным пулемётным подразделением стала та же пулемётная рота с шестью пулемётами. Однако нынче на каждый пехотный полк приходилось по три пулемётной роты — по одной на батальон. С началом формирования штурмовых батальонов в состав каждого батальона включили по 1-2 пулемётные роты. Появился «инспектор пулемётных войск», а в штабах армейских корпусов — штатная должность штаб-офицера, отвечавшего за применение пулемётов. К концу 1916 г. число пулемётов в рейхсвере достигло 16 000.

В 1917 г. число пулемётов в пулемётных ротах увеличили до 8—10, затем — до 12, т.е. к концу третьего года войны на пехотный батальон приходилось столько же пулемётов, сколько на двухполковую бригаду в её начале.

Для перевозки на марше в пехоте пользовались либо упомянутыми двуколками с передком, либо ручной двухколёсной тележкой, на которую укладывались пулемёт со станком и четыре патронные коробки.

Росло значение ручных пулемётов. Для продвижения с цепями пехоты по любой местности (тем более — по изрытому воронками полю боя) они подходили значительно лучше, нежели станковые, быстрее открывали огонь и меняли позицию, представляли собой меньшую цель. Это не отменяло продвижения станковых пулемётов, однако их предпочитали нынче держать позади передовых пехотных цепей. «Следует устремляться держать их настолько позади, — говорилось в выпущенном враз затем войны руководстве, — чтобы они не попадали под огонь, направленный на эти линии. Соперник обязан быть принуждён преодолевать раздельно огонь стрелков и раздельно огонь пулемётов. С иной стороны, пулемёты, стреляя через головы своих пехотных линий, должны так держать под огнём неприятельскую пехоту, чтобы первые могли наступать беспрепятственно». При наличии в пехотных подразделениях ручных пулемётов станковые пулемёты предпочитали использовать централизованно, группами, раскрывать огонь как можно прежде. «Позиции, с которых можно стрелять долгое время без вреда для собственных стрелковых линий» считали наиболее выгодными. Тем более что на салазочном или треножном станке могли уверенно водить огонь в промежутки и через головы войск. Это привело германских специалистов — как и специалистов других стран — к убеждению, что станковые пулемёты могут водить действительный огонь не прямой наводкой тяжёлой пулей на дальности, по крайней мере, до 3,5 км, а прямой наводкой с высокой точностью поражать небольшие цели до 1,6—1,5 км (для массивного вполне обоснованно). Особое внимание уделяли обучению стрельбе длинными очередями с рассеиванием вглубину — во-первых, поле боя начинало «пустеть», соперник чаще появлялся в виде не плотных цепей, а вытянутых в глубину группок, во-вторых, редко удавалось точно определить дальность до цели. Для рассеивания вглубину наводчик мог пользоваться шкалой на корпусе подъёмного механизма — находясь за пулемётом и вращая маховичок, он зрительно вёл «шишечку» маховичка вдоль одной из черт на шкале.

«МАКСИМЫ» – германская черта

Ручные же пулемёты должны были раскрывать огонь с дальностей не более 1 км.

С переходом к позиционной войне германские позиции оказались наиболее насыщенными пулемётами — в среднем один пулемёт приходился на каждые 18 м фронта. Колоссальные потери в первые дни наступления на Сомме в июле 1916 г. англичане понесли сперва всего от германских . Во время сражения на Сомме будто выявили восемь самых живучих , выпустивших в среднем по 120 000 пуль каждый. О значении пулемётов говорит хотя бы тот факт, что и британские, и французские танки создавались, сперва всего, как «истребители пулемётов».

От бронещитов пулемётные расчёты отказывались — немного защищая от огня, они лишь демаскировали позицию. Зато вводились дополнительные «нашлемники» и «бронепанцири» для пулемётчиков, переднюю доля кожуха ствола защищали бронеколпаками, поскольку пробитие кожуха фактически выводило из строя пулемёт.

«МАКСИМЫ» – германская черта

«МАКСИМЫ» – германская черта

Ручные пулемёты в обороне стали основным оружием в передовых окопах, заменяя группы стрелков, которых можно было отвести в укрытие или на вторую линию. Германский /15, сохранивший водяное охлаждение, был здесь особенно пригоден, поскольку мог водить достаточно интенсивный огонь. Станковые использовали в основном позади передовых позиций, в укрытых гнездах, ДЗОТах, старались чаще использовать их для ведения косоприцельного и перекрёстного огня.

В 1917 г. каждая пехотная рота на Западном фронте получила три ручных пулемёта (в это время уже шли массовые поставки /15), а к концу того же года некоторые роты имели уже по шесть пулемётов. На Русском фронте насыщенность ручными пулемётами тогда была ниже — по два на пехотную роту. С увеличением поставок ручные пулемёты попали во многие пехотные взводы — по одному на взвод. Кроме того, ручные пулемёты вводились для самообороны в артиллерийские батареи, понтонные парки и т.п. Ручные пулемёты в сочетании с ручными и винтовочными гранатами стали основой новой — групповой — тактики пехоты. Рейхсвер с 1916 г. практиковал действия умышленно подготовленных штурмовых подразделений, для которых автоматическое оружие играло особенно важную роль — штурмовые батальоны в 1917 г. имели по 12—24 пулемёта, а в штате отдельной штурмовой роты имелся двухпулемётный взвод. О росте насыщенности войск пулемётами и об изменении соотношения станковых и ручных пулемётов можно судить по таким цифрам (табл. 2).

«МАКСИМЫ» – германская черта

Для сравнения: во французской пехотной дивизии к концу войны было 400 пулемётов (из них 336 ручных), в британской — 684 (576 ручных), в русской на 1917 г. — 72 пулемёта.

Разумеется, рост количества ручных и станковых пулемётов происходил не только за счёт штатного и его модификаций, но и за счёт других систем, поставленных на производство накануне или во время войны. Однако пулемёты системы Максима оставались основными. Что касается отдельных команд ручных («лёгких») пулемётов и т.н. «мушкетных батальонов», то их предпочитали вооружать более лёгкими системами — такими, как «Мадсен» или LMG.15 пА «Бергман».

К началу 1918 г. каждая дивизия на Западном фронте, ведущая активные боевые действия, имела в среднем 108 ручных и 144 станковых пулемётов.

Имелись также пулемётные части других типов:

— горные пулемётные отряды (роты), сформированные в количестве 50 для ведения боевых действий в Альпах. Одно время горные пулемётные отряды действовали в Вогезах, а позднее их перебросили на Балканы и Карпаты;

— пулемётные роты самокатных батальонов (по шесть пулемётов), сформированные в 1916 г. и в том же году активно применявшиеся германцами в Румынии. Пулемёты устанавливались на грузовиках, на которых также перевозили расчёт и боекомплект. Взвод располагал тремя грузовиками (один для багажа, инструментов и др.) и 4-лошадной повозкой. Пулемётный грузовик мог действовать самостоятельно;

— кавалерийские пулемётные части. Егерский батальон придавался кавалерийской дивизии совместно со своей пулемётной ротой. В 1916 г. пулемётные команды вошли в состав каждого кавалерийского полка. Позднее команды преобразовали в пулемётные эскадроны 6-пулемётного состава;

— зенитные пулемётные команды (Flamga) появились в 1917 г. Команда располагала 12 пулемётами , каждый обслуживался расчётом из унтер-офицера и пяти солдат.

«МАКСИМЫ» – германская черта

«МАКСИМЫ» – германская черта

еле не постреляли даже в глубоком британском тылу — партию пулемётов совместно с 20 000 трофейных русских винтовок направили в Ирландию на поддержку «пасхального восстания» в апреле 1916 г., но повстание провалилось, и судно с оружием было затоплено экипажем.

Германские пулемёты, достававшиеся в качестве трофеев, хорошо послужили и в армиях противников Германии. Для русской армии это было особенно удобно. Боевой писатель А.А. Керсновский так писал об этом: «Выручали австрийские «шварцлозе», переделанные под русский патрон, и, не в такой, правда, степени, германские «максимы» (немцы были вдали не столь исправными поставщиками, как их союзники)». Зато расчёты русских «максимов» свободно осваивали . Доля трофейных пулемётов переделывалась под русский винтовочный патрон, для остальных использовали трофейные патроны. Скажем, на 1 февраля 1916 г. три основных русских фронта имели вокруг 4,4 млн бойцов и следующее количество пулемётов (табл. 3).

На 1 января 1917 г. на четырёх фронтах имелось станковых пулемётов (табл. 4).

«МАКСИМЫ» – германская черта

Британские войска на Западном фронте применяли германские , переделанные под британский патрон — эти пулемёты известны под обозначением «Gun Maxim» G с дополнительными индексами А, В и С. С иной стороны, в рейхсвере уже в 1915 г. не были редкостью русские «максимы» и британские «виккерсы».

Семён Федосеев, инженер

производство кинотеатров 4d, франшиза готовый бизнес.

Оставить комментарий