Детище окопной войны

Детище окопной войны

Минометы своим рождением обязаны позиционным затяжным войнам начала прошлого века – Русско-Японской и Первой мировой. Несмотря на то, что они сыграли значительную роль в ходе этих вооруженных конфликтов, у нас в стране их по достоинству оценили только к концу 30-х гг. XX в.

В ночь на 8 февраля 1904 г. японские миноносцы неожиданно атаковали русскую Тихоокеанскую эскадру, стоявшую на рейде Порт-Артура и повредили три корабля. Так началась Русско-японская война.

Пользуясь бездействием русского командования, японцы в апреле высадились на Квантунский полуостров и блокировали Порт-Артур с суши. Попытки брать крепость штурмом провалились, и японцы окружили подступы к ней окопами, соорудили блиндажи, подводили сапы и подземные ходы, которые не постоянно можно было разрушить артиллерийским огнём, из-за близости их расположения к нашим позициям. Поэтому защитники крепости применили новое оружие — морские якорные мины в сухопутном исполнении. В них помещали по 100 кг пироксилина, 25 кг шрапнельных пуль, вставляли кусок бикфордова шнура, рассчитанный на горение в течение нескольких секунд. Применяли их в основном с позиций, расположенных на возвышенностях. Мины втаскивали наверх умышленно сооружённого 20-метрового досчатого настила, поджигали шнур и сталкивали к японцам. Вот только для ровной местности это средство поражения пехоты не годилось.

Детище окопной войны

Детище окопной войны

Тогда лейтенант флота Н.Л. Подгурский предложил стрелять по осаждающим из торпедных аппаратов, установленных в окопах с определённым углом наклона к горизонту, выбрасывая из них сжатым воздухом пироксилиновые фугасы. Примерно одновременно мичман С.Н. Власьев посоветовал использовать для этого же 47-мм корабельную пушку, поставленную на лафет полевой «трёхдюймовки», чтобы придать стволу большие углы возвышения, и заряжая её через дуло самодельными шестовыми минами. Руководитель сухопутной обороны Порт-Артура генерал-майор Р.И. Кондратенко одобрил идею и поручил творение «минной мортиры» начальнику артиллерийских мастерских капитану Л.Н. Гобято. Всего за луна ему удалось сконструировать оперённую шестовую мину весом 11,5 кг, начинённую 6,5 кг взрывчатки. При выстрелах с углами возвышения 45–65о, она пролетала от 50 до 400 м, разрушая окопы и блиндажи. Так был изобретён миномёт.

Детище окопной войны

К сожалению, нет пророка в своём отечестве, поэтому потом Русско-японской войны у нас новому виду оружия не уделили должного внимания. Зато в других странах, предположим в Германии и Франции, создали миномёты разного назначения. Они враз же нашли широкое применение в начавшейся в августе 1914 г. Первой мировой войне для поддержки пехоты, прорывающей передний край обороны противника. Дело в том, что война, замышлявшаяся маневренной, а значит, скоротечной, превратилась в затяжную позиционную, армии зарылись в траншеи, прикрыв подступы к ним проволочными и минными заграждениями. Перед наступлением их следовало смести артиллерийским огнём, заодно уничтожив пулемётные гнезда и выбив доля живой силы противника. Обычно для этого применяли полевые пушки, гаубицы и мортиры. Вот только попасть из таких орудий в одиночные блиндажи, узкие окопы было крайне трудно. Кроме того, позиции противников, как правило, располагались так близ, что при артиллерийской подготовке атаки можно было угодить в своих. Тут-то и пригодились относительно лёгкие, переносные, не занимавшие много места миномёты, из которых удавалось водить точный огонь из окопа в окоп.

Немцы первыми осознали значение этого оружия и в 1914 г. кайзеровская армия располагала 44 тяжёлыми и 116 средними «минными мортирами» — по нынешним меркам немножко, зато к концу войны в германской армии было уже 16 тыс. таких стволов.

А что же в России? «Бомбомёты и миномёты до войны не предполагалось иметь в составе артиллерийского вооружения армии, — вспоминал генерал-лейтенант А.А. Маниковский, в 1915 г. возглавивший Главное артиллерийское управление. — И хотя на курсах артиллерии и фортификации упоминалось об орудиях «ближнего» боя и осада Порт-Артура подтвердила их необходимость, тем не мене серьёзного значения в полевом бою им не придавалось. И вот грянувшая война показала, что такие орудия совершенно необходимы и что если их нет, то нужно поскорее заводить. Прежде всех они появились у немцев, которые заготовили их заблаговременно…»

Детище окопной войны

Именно захваченные у германцев образцы послужили основой для отечественных разработок. Поначалу миномёты наловчились делать во фронтовых мастерских: брали обычную металлическую трубу, закрывали с одной стороны навинтным донцем, оснащали примитивным подъёмным механизмом и помещали на дубовую или березовую колоду. Стреляли из таких установок самодельными снарядами максимум на сотню шагов. Вскоре потом начала войны Главное артиллерийское управление оказалось завалено требованиями обеспечить армию миномётным оружием — лёгким, подвижным, подходящим к любой местности, пользоваться которым мог бы любой солдат без специальной подготовки.

Вскоре войска стали получать французские, а позднее и отечественные «минные мортиры». Тогда их разделяли на два класса. Из бомбомётов с осколочными боеприпасами вели огонь по живой силе на дистанциях вокруг 500 м, усиливая воздействие на противника стрелкового оружия, заменяя ими некоторым образом лёгкие полевые пушки. Из миномётов же поражали проволочные заграждения, окопы и блиндажи, находящиеся на расстоянии до 1 км, выпуская фугасные мины. Так, при испытаниях на Усть-Ижорском полигоне бомбомёты показали слабое фугасное деяние, зато 40-мм миномёты капитана Е.А. Лихонина и французские 57-мм системы Дюмезиля для проделывания прохода шириной 12 м в проволочном заграждении глубиной 35 м расходовали 120 мин, взамен 1000 снарядов калибром 76 мм или 50000 винтовочных пуль.

Детище окопной войны

В августе 1915 г. Ставка верховного командования определила потребности армии в 10 тыс. бомбомётов и 4,5 тыс. миномётов, а в 1916 г. боевой министр генерал Поливанов увеличил заказ на последние до 9,5 тыс.

В 1915 — 1916 гг. русская армия получила французские 240-мм и 58-мм миномёты ФР, которые были усовершенствованы Е.А.Лихониным и системы его конструкции, а также 91-мм бомбомёты капитана М.Ф. Розенберга, выпускавшие снаряды весом 3,4 кг на 430 м, готовилось производство 89-мм миномётов Ижорского завода весом 170 кг, бросавших 80-килограммовые снаряды на 1070 м и миномёты того же калибра конструкции Путиловского завода. В Англии заказали полсотни 239-мм бомбомётов, но у них своевременно выявили такой недостаток, как разрывы стволов, гибли расчёты. Поэтому, в конце концов, от британской продукции отказались.

Детище окопной войны

Какими же были «минные мортиры», состоявшие в Первую мировую войну на вооружении русской армии?

В передней части прямоугольной деревянной платформы бомбомёта калибром 87 мм располагался лафет, промеж станинами которого, в цапфенном кольце, находился ствол длиной 305 мм с откидывавшимся в сторону на боковом шарнире затвором со спусковым механизмом. Слева, на стойке, крепился угломер, с помощью которого производили наведение оружия по горизонтали, для вертикальной наводки служила дуга. Поднятый ствол фиксировался в нужном положении зажимным барашком.

Детище окопной войны

Фугасно-осколочная граната, обладавшая дальностью стрельбы в 500 м, вставлялась в дуло шомполоподобным хвостовиком, а оперение охватывало ствол снаружи. Общая длина боеприпаса с оперением достигала 184 мм. Головная его доля имела шаровидную форму. Внутри неё находился главный заряд, а впереди трубка для ударника с жалом, которое при попадании в цель накалывало капсюль-детонатор, а тот инициировал срабатывание разрывного заряда.

К стальному донцу цилиндрической гранаты длиной 180 мм примыкал хвостовик со стабилизатором, предотвращавшим кувыркание снаряда потом выстрела. В передней части металлического корпуса был ударник с капсюлем-детонатором и примыкавший к нему удлинённый головной стержень, не позволявший снаряду зарываться в землю и вызывавший взрыв над нею, что усиливало осколочное и фугасное деяние.

35-линейный (91 мм) бомбомёт ГР оборудовали гладкостенным стволом длиной 240 мм с мушкой над дульной частью и целиком перед казённой. Потом укладки в казённик одного из трёх видов метательных зарядов, соответствовавших дальностям стрельбы на 300, 400 и 700 м, он запирался цилиндрическим затвором, фиксировавшимся чекой, и снаружи оставался только кончик бикфордова шнура, рассчитанного на горение в течение 15 — 18 с.

Ствол находился в цапфенном гнезде станка, опиравшегося парами передних и задних «ног» на прямоугольную платформу-основание. На правой части станка была проградуированная дуга с зажимом для удержания ствола при нужном угле возвышения, слева устанавливался угломер.

Платформу-основание снабжали углубляемыми в грунт передними шкворнями, задним сошником и ручками для переноски расчётом. В центре помещался деревянный ящик для угломера и принадлежностей.

Боеприпасами служили цилиндрические гранаты. Внутри чугунной фугасно-осколочной был разрывной заряд, а в центре жестяного поддона капсюль-детонатор и сосуд с инициирующим веществом. В верхней части железного корпуса осветительной гранаты, под пробковой крышкой, промеж картонными перегородками, укладывали парашюты, а ниже, под горизонтальной войлочной прокладкой, стаканчики с осветительным составом, а под ними вышибной заряд. Спускаясь на парашютах, такие гранаты освещали местность в течение минуты. По дну боеприпаса прокладывался спиральный желобок с пропитанным порохом, небыстро горящим шнуром, выходившим через центральное отверстие к капсюлю с гремучей ртутью, располагавшемуся у вышибного заряда. Снаружи донца были нанесены красные цифры от 4 до 16. Подрезав против метки шнур, можно было добиться соответствующего времени его горения в секундах. Шнур воспламенялся при выстреле раскалёнными газами метательного заряда.

Детище окопной войны

47-мм миномёт конструкции капитана Е.А. Лихонина предназначался для ведения огня на расстояния до 400 м. Его станок состоял из двух треугольных с плоским верхом частей с передними и задними П-образными скобами для переноски и отверстием для забивки в грунт удерживающего при отдаче кола. В передней части станка располагался гладкостенный ствол, в казённик которого вставляли гильзу с метательным зарядом и капсюлем в донце, затем чего ствол запирался поршневым затвором с ударно-спусковым механизмом. А через дуло вкладывался шомполовидный хвостовик мины весом 21 кг с войлочным пыжом на конце. В задней части её корпуса были четыре железных крыла стабилизатора, а внутри взрывчатое вещество. В овальной головной части, во втулке, была ударная трубка с предохранителем и сдвигавшееся обратно устройство с жалом ударника. При падении мины оно приводило в деяние петарду, а она главный заряд. Также был устроен и миномёт Лихонина калибром 27 мм.

Миномёт ФР калибром 58 мм французского производства весил 150 кг и предназначался для ведения огня на расстояния до 510 м. В центре деревянного, прямоугольного основания с четырьмя выступающими по бокам болтамиручками была поперечная выемка, а в ней, на оси, крепилась станина для миномёта. На его стволе имелось стяжное кольцо с квадрантом, а в верхней части — винтовой механизм для придания нужных углов возвышения. При заряжании в дуло укладывали картузы с порохом и опиравшийся на них хвостовик мины, корпус которой удерживался на срезе кольцевым стабилизатором. В коническую головную доля 36-килограммовой чугунной мины вставлялся ударник с выступающим вперёд стержнем с плоским диском на конце, не позволявшим ей зарываться при падении, поэтому взрыв происходил над землей. Сзади были плоские и тонкие крылья, заканчивавшиеся кольцевым стабилизатором. Стержень соединялся с взрывателем, состоявшим из ударника и капсюля-воспламенителя, поджигавшего главный заряд. Существовала аналогичная мина со сварным железным корпусом и уменьшенным зарядом.

Детище окопной войны

В июле 1917 г. на вооружении русской армии состояло 13395 бомбомётов и 4095 миномётов. Доля их впоследствии применялась как белыми, так и красными в Гражданской войне, а потом неё Красная армия использовала 91-мм бомбомёты и 58-мм миномёты, которые были модернизированы в 20-х гг.

Ещё в 1918 г. организовали Комиссию особых артиллерийских опытов, которой следовало выучить роль артиллерии в Первой мировой войне и выбрать перспективные типы орудий. А позже при газодинамической лаборатории Артиллерийского научно-исследовательского института создали группу «Д» во главе с военным инженером Н.А. Доровлёвым, которой следовало разрабатывать миномёты. Кстати, в те годы появился образчик Стокса–Брандта, у которого массивную платформу заменили маленький опорной плитой, а на дульной части ствола устроили прицельные устройства, прикрепили к ней двуногую опору с подъёмным механизмом.

Детище окопной войны

В СССР некоторые представители высшего командования, в основном выдвинувшиеся в Гражданскую войну, посчитали миномёты «суррогатом артиллерии», взамен которого следовало производить пехотные мортиры. Поэтому разработанные в группе «Д» миномёты классической схемы — гладкостенный ствол с внутренним бойком внизу для накола капсюля вышибного заряда мины и с прицельными устройствами, опиравшийся на двуногую опору и плиту, — были лишь опытными. И только в 1938 — 1941 гг. была создана система пехотного вооружения, включавшая в себя миномёты разного назначения калибром от 50 до 240 мм, отлично показавшие себя в Великую Отечественную войну.

Игорь Боечин

сценический реквизит.

Оставить комментарий